Владимир Бунимович (vladbunim) wrote,
Владимир Бунимович
vladbunim

Category:

Трудные больные. История 4. Быстрая диагностика...

В начале семидесятых я лишился совместительства на станции Скорой помощи.
Причина была в том, что с целью недопущения сверхвысоких заработков медицинских работников, народный контроль в Минске одновременно провел проверку всех медицинских учреждений.

До того все недостатки в медицине уже были исправлены: больницы заполнены новым современным оборудованием, санитарки перестали пить, кончился дефицит лекарств, при абортах стали делать обезболивание, больничные раздатчицы прекратили воровать и уносить домой продукты...

Осталось выявить и искоренить непомерную алчность некоторых врачей и медсестер. Эти люди за колоссальную плату примерно 70 копеек или 1 (один) рубль в час совмещали в различных медицинских учреждениях, так и норовя обогатиться и обобрать родное государство. Компетентные органы искали, не совпадают ли часы работы по основной и совмещаемой должности и не наносится ли этим экономический ущерб Родине.

Моя основная работа была в Минском Областном тубдиспансере. Оказалось, что однажды я приехал утром из командировки по основной работе, а вечером того же дня вышел на ночное дежурство по совмещаемой должности на Скорой помощи. Налицо было явное совпадение часов работы и я попал в список злостных нарушителей финансовой дисциплины. За это меня лишили доступа к источнику нетрудовых доходов и немедленно уволили со Скорой...
Я очень переживал целых две недели, а затем подвернулась халява.

Одной молодой докторессе в нашей клинике пришло время идти в декретный отпуск. На этот срок мне предложили ее заменить на полставки в нашем стационаре. Это было гораздо лучше работы на Скорой. Получилось точно по пословице - не было ни гроша, да вдруг алтын...
Правда,потом я опять попал на Скорую, но это уже другая история...

В один из дней на свободную койку в моей палате поступил новый больной.
Это был невзрачного вида вида мужичок сорока лет, маленького роста, огненно-рыжий, с конопатым лицом, все тело было покрыто веснушками... Звали его Федор, был он слесарем по оборудованию молочной фермы в отдаленном совхозе Червеньского района.

В этом районе я начинал работать сразу после окончания Мединститута ( ""Хирург"", Санкция прокурора, Деревенский инцест ) и больных оттуда считал своими земляками...

Федора перевели к нам прямо из хирургического отделения Червенской больницы. Я прочитал выписку из хирургии, взял чистый бланк истории болезни и пришел знакомиться.
-Добрый день, я ваш лечащий врач. Что вас беспокоит?
-Говно.
-Как это так?
Он откинул одеяло и я почувствовал соответствующий запах. Справа в нижней части живота под слоями марли на передней брюшной стенке функционировал небольшой каловый свищ.
-Доктор, сделайте что-нибудь, сил уже нет. На ночь заклеивают, а днем не успеваю вытирать...
-Прикрой пока марлей и закрой одеялом. Будем все делать, чтобы ты поправился, но не обещаю, что это будет быстро, болезнь затяжная.
-Да, мне уже говорили...
-Расскажи, как все началось.
-Доктор, я работал на ферме и ничего такого не думал. Однажды мы с друзьями выпивали, вечером пришел домой. Дома у меня жена, сыну полгода. Жена меня отругала, пошел спать...
А ночью схватил живот. Сильно болело, схватит и отпустит, потом вырвало меня несколько раз. Позвали фельдшера, тот пощупал, похлопал и говорит - "Похоже на аппендицит, поезжай в район". Вызвали Скорую, через два часа приехала, отвезли в больницу. Там щупали, мяли, опять щупали... Взяли анализы и сказали
-Не очень похоже, но будем наблюдать.
Тут утро наступило, пришли врачи, опять шупали, опять анализы взяли и говорят:
-Живот немного не такой, но будем оперировать.
Взяли на операцию, дали наркоз, проснулся в палате, на животе наклейка. Пришел хирург, посмотрел :
-Лежи, поправляйся. Если будет все хорошо - через несколько дней выпишем.
Лежу себе, живот опять начал болеть, но врач говорит на обходе :
-Так надо, это заживает...

А на пятый день как заболел живот, там где рубец после операции - спасу нет.
Прибежал хирург, пощупал рубец - а он как лопнет, рана открылась и оттуда поперло говно натуральное. Меня в перевязочную, стали обкладывать марлей, а говно все идет. Накидали салфеток полный таз, наконец, перестало. Пришел заведующий, потом главный врач, все смотрели. Перевели в отдельную палату, дали марлю, говорят, сам подтирай, а как кончишь - зови сестру, сделает повязку.
Потом главный еще раз пришел, говорит - отправьте его на рентген, ищите причину, почему свищ получился.
Повели на рентген - бац! - нашли туберкулез легких! Все врачи сильно обрадовались, а я не очень...
В тот же час снарядили Скорую, привезли сюда, положили на койку, дали марлю.
А будет здесь хорошо или плохо - не знаю....

Ознакомление с выпиской из хирургии почти не дало мне новой информации. Операция была сделана по срочным показаниям. При ревизии брюшной полости было найдено немного клейкой жидкости (экссудат) и много спаек между петлями тонкого кишечника и вокруг аппендикса и слепой кишки. При перетягивании участка кишки спайками ио время перистальтики возникала картина непроходимости.
Спайки рассекли, аппендикс удалилии и отдали на исследование вместе с частью экссудата.
Никто из хирургов не подумал о туберкулезном перитоните, это заболевание очень редкое. И только пожилой главврач, хирург по специальности, заподозрил туберкулез и отправил больного на рентген. На рентгене в легких обнаружили маленькую каверну в прикорневой области и несколько очагов вокруг.
Но это случилось уже после того, как открылся свищ. В этот же день прибыли результаты гистологии из межрайонной лаборатории, где было написано, что больше данных за туберкулезные изменения.
И тогда всем все стало ясным!

При туберкулезном перитоните любое вмешательство усугубляет имеющиеся изменения, усиливается образование спаек, процесс активизируется. В нашем случае слепая кишка приклеилась к передней брюшной стенке, прилегающие участки расплавились и и стенка кишки вскрылась наружу. Так возник каловый свищ.

Сейчас меня интересовало, почему у работника молочной фермы оказался запущенный туберкулез легких и туберкулез кишечника. Такие работники должны обследоваться 1-2 раза в год.

-Федор, когда тебя проверяли на рентгене до операции?
-Да месяца три назад привозили всех с нашей фермы в Червень.
-Делали снимки или смотрели за экраном?
-Никанорыч смотрел в темноте.
-Кто, Николай Никанорович? Он еще работает?
-Работает, а куда он денется! Как всегда, всех построил, отдельно баб, отдельно мужиков, мы разделись, он и говорит:
-Быстро, быстро, один стоит, другой готов, быстро, быстро...
За полчаса посмотрел человек тридцать, говорит - все, все здоровы,езжайте...

И я вспомнил 1959 год и первые месяцы своей работы в Червене после института.. Николай Никанорович был старше меня лет на семь и уже давно работал рентгенологом.
Высокий, полный, добродушный, с большим светлым чубом, он одевлся простецки. Верхняя рубашка всегда выбивалась из-под под мятых, грязноватых брюк. Никанорович был уроженцем района, в деревне под Червенем жили его родители. Жена работала в больнице медсестрой и, по слухам,часто его поколачивала...
Никанорович по-русски говорил чисто , но с больными говорил только по-белорусски.

В своей специальности наш рентгенолог разбирался, глаз у него был острый и его диагнозы в большинстве подтверждались.
Но все знали, что Никанорович и его пожилой техник, Петр Иванович, жутко боялись, что рентгеновские лучи подействуют на их мужскую силу. И поэтому рентгеновский осмотр всегда проходил в очень быстром темпе. Снимков почти не делали, да и не хватало пленки.
Своих больных я смотрел сам, но часто консультировал с Никаноровичем и не раз присутствовал при его обычной работе.

Вначале санитарка Маня выходила в коридор, где каждое утро скапливалось 30-40 больных в ожидании приема. Она записывала в журнал отдельно мужчин, отдельно женщин.
Лет 40, маленького роста, в белом халате, пегие волосы заправлены под докторскую шапочку, Маня очень любила, когда деревенские называли ее "дохтОрка". Тех она ставила в начало очереди. Ну, а те, кто обращался к ней "Маня" или "Манька" - оказывались в конце...

Прием начинался так. "Дохторка" Маня строго по списку вызывала 15-20 женщин в большой темный кабинет.
Здесь вступал Николай Никанорович.
-Пачынаем работу! Бабы, слухай сюды! Па парадку, як ў журнале, раздевайтесь да поясу! Бабка, да не снимай штаны, штаны будешь снимать у доктора по женскому! Кофту снимай, рубаху! Першая ў списке Иванова! Становись на приступку, перадам ко мне! Руки в боки, локти ўперад! Включаю аппарат!
( Дверь хлопала, Маня и Петр Иванович скрывались в лаборатории от злых рентгеновских лучей).

Никанорович продолжал:
-Бабка, слухай сюды! Дыхай! Не дыхай! Подыми левую цицкУ! Опусти! Подыми правую! Опусти! Повернись задом ко мне! Да не уходи с приступки! Я сказал, становись задом, а не раком! Дыхай! Не дыхай! Подыми цицки! Опусти! Все! Держись за руку, выходи! Следующая Петрова...

Конечно, работая такими темпами и без рентгенограмм, можно было пропустить серьезную патологию, что, видимо, и случилось с моим больным Федором...

Справедливости ради надо отметить, что женщин помоложе Никанорович ласково называл "жанчынка", а совсем молодых "дзяўчына"...

Когда после обучения в областном диспансере я стал смотреть своих больных сам, возмущению техника Петра Ивановича не было предела.
-Доктор, Вы медлено смотрите! Я с Вами работать не буду! Можете сами жечь свои яйца, я иду к главврачу, мне еще жизнь дорога!
Пришлось мне самому вести журнал и смотреть за экраном, но больных было не слишком много...

Доцент Зинаида Константиновна, у которой я учился началам ретгенологии на рабочем месте в первый год работы, впадала в другую крайность.
Она ставила больного за экран, включала аппарат и устраивала лекцию для врачей минут на 10-20 об особенностях открывшейся картины, включая этиологию и патогенез...
На мой осторожный вопрос, не вредно ли ей самой так долго держать больного под лучом, она мне отвечала:
-Владимир Израилевич, вы человек молодой и, возможно, не знаете, что лучи Рентгена действуют омолаживающе, увеличивают мужскую потенцию и сохраняют стабильность организма! Кроме того, я за экраном и в защитном фартуке.
-А больному разве не вредно?
-Суммарная годовая нагрузка невелика, а процесс обучения врачей должен быть наглядным..
Может быть, в чем-то она была права... Недавно я узнал, что работала она до 83 лет, а умерла в 94.

Но вернемся к моему больному. Ему долго пришлось у нас лечиться. Под действием массивной внутривенной терапии полость в легких закрылась быстро, а каловый свищ закрываться не хотел.
Кроме основного лечения, я составлял, а аптека готовила разные мази для местного лечения свища из различных комбинаций противотуберкулезных и антигрибковых препаратов, по каплям я добавлял туда гидрокортизон и лидазу, искал для Феди специальную диету.
Наконец, через 6 месяцев свищ постепенно закрылся и Федор стал просить отпустить его домой на амбулаторное лечение. Я не хотел его отпускать. Я боялся, что свищ откроется вновь при малейшем нарушении режима. Но он уговорил меня и я сдался.
Перед выпиской я провел с ним беседу.
-Федор, ты смотри, не выпивай, не ешь грубой пищи, принимай все лекарства. Свищ может открыться.
-Израйлевич, спасибо, Вы меня вылечили, теперь все будет хорошо. Я буду остерегаться,не буду есть абы что, не буду пить, курить... Вот только по жонке скучаю...
*************************************

Я его выписал в пятницу, а в понедельник захожу на обход и снова вижу Федора на его койке у окна, ее еще не успели занять...
-Федор, что ты здесь делаешь?!
-Доктор, правильно вы говорили... Не успел приехать, жену обнять, сына на руках подержать, завалили соседи, друзья, слово за слово, выпили самогону, закусили, потом еще... Ночью проснулся - опять все мокрое и запах, свищ открылся...
Нашел машину - и с субботы я здесь, дня не побыл дома...

Опять смена антибиотиков, новые мази. Свищ закрывался, открывался вновь... Развилась тяжелая спаечная болезнь, частые приступы непроходимости . Жена от него ушла...
Федор остался жить, но стал инвалидом.

Дальнейшей его судьбы не знаю...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 104 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →