Владимир Бунимович (vladbunim) wrote,
Владимир Бунимович
vladbunim

Categories:

О вкусной и здоровой пище

Я как-то писал раньше, что до отъезда в Израиль больше 30 лет работал в крупной легочной больнице в Минске.Там были отделения для лечения больных туберкулезом, диагностическое отделение и легочная хирургия.

В конце восьмидесятых, в воскресный день у меня было обычное суточное дежурство по больнице, кроме хирургии - там дежурил свой врач. С утра я обошел палаты, осмотрел тяжелых больных, пьяных с утра не было видно...


После обеда в двери дежурки постучали и вошли двое больных - врач из отдаленного района и бывший директор сельской школы. Оба лечились в нашем стационаре несколько месяцев от деструктивного туберкулеза и я их знал.
-Владимир Израилевич, в виде исключения, поинтересуйтесь, что несет домой после обеда раздатчица Соня из второй терапии.
-Что вы имеете ввиду? - спросил я.
-Она дежурит каждое воскресенье. На работу приходит налегке, а обратно уходит с полными сумками.

Соню я помнил. Это была полная разбитная бабенка лет сорока, сварливая и скандальная. Она жила в соседней деревне Лесковка с последним по счету мужем-алкоголиком и тремя детьми от разных отцов. Как-то мы разбирали ее поведение на месткоме за пьяную драку с санитаркой.
Обе понесли суровое наказание - им поставили на вид...

К концу смены в три часа я позвал дежурную медсестру Марию Петровну с поста и пригласил дежурного хирурга. Втроем мы зашли в раздатку 2 терапии. Соня собиралась домой. У порога стояли две сумки.
-Соня, больные говорят, что с работы вы уходите с полными сумками. Покажите, что внутри.
-Не имеете права!
-Как раз имею право. Сегодня я дежурю по больнице, а вы обязаны показать, с чем уходите домой. Откройте сумку сами, на проходной охрана все равно не выпустит, вызовут милицию, я им позвонил.

Упоминание о милиции подействовало, Соня там была не однажды.
-Что еще за обыски... Ну взяла я детям остатки от обеда,что тут такого. Берите, смотрите...
Она вынула литровую банку сметаны, кусок масла на полкило, пару больших кусков мяса из
супа, банку киселя и несколько пачек печенья.
На свою беду я начал взывать к ее совести и стыдить, что она ворует продукты у несчастных туберкулезных больных, для которых полноценное питание это основа лечения.

И Соня раскрыла рот...
-Что вы читаете морали! Думаете,я одна такая? Кто бы работал здесь и глотал туберкулезные палки, если бы нельзя было ничего взять! Все тянут!
Она сказала медсестре-
-Ты, Машка, и другие сестры тащили домой новое постельное белье во время списания и подкладывали рубить свои дырявые тряпки из дома, а больные продолжают спать на давно списаном старье.
И спирт домой тащите, а остаток водой разводите и с ним уколы делаете! А старшая сестра лекарствами торгует, что мы, не знаем?
Затем Соня обратилась к хирургу.
-И в хирургии врачи деньги берут за операции, а при выписке больные отдельно подарки делают, им же обратно к этим врачам вернуться надо!
Наконец, она повернулась ко мне:
-Про вас, ИзраИлевич, я ничего такого не знаю, но убирался бы ты скорее в свой ИзраИль и там учил свой жидовский язык! И Соня прочно уперлась руками в бока...

Я опешил. О том, что я собирался в Израиль я не говорил до поры до времени даже близким друзьям, но носил в портфеле учебник иврита для начинающих. Один раз я оставил книгу на своем столе на пять минут - и моя преданная помощница-медсестра растрепала всей больнице...
-Все это к вам отношения не имеет. Сейчас мы составим акт и передадим главврачу.
-Пишите хоть три акта, кто их будет читать. Ничего мне не сделают, кто завтра обед раздавать будет! Думаете, многие набегут сюда на такую зарплату да с тубиками заразными работать, если домой ничего нельзя взять. Нет таких дураков!

Я написал краткий акт. Соня подписывать отказалась. Продукты сложили в холодильник, раздатку замкнули.
А мне стало плохо. Застучало в голове, повысилось давление, начались боли в сердце. Я присел на диван в дежурке, взял таблетку нитроглицерина и подумал о превратностях жизни - у больных ворует раздатчица, а сердце болит у меня...

На следующее утро я занес акт главврачу и отдал секретарше Ремуальде Сидоровне. Через час меня вызвали на ковер. Главврач Дмитрий Иванович сказал -
-Я почитал вашу докладную. Мне легче найти врача на место моего заместителя, чем подобрать раздатчицу, да еще чтобы не воровала. Придется объявить ей еще один самый строгий выговор с последним китайским предупреждением, но оставить все как было...

Через день по дороге в свой кабинет ЭКГ я встретил Соню. Она везла обед на тележке. Проходя мимо, остановилась и показала мне язык...

Работая в больнице много лет, я удивлялся до чего невкусная больничная пища. Впрочем, такая же пища была в столовых общепита, где приходилось бывать во время командировок.
Дома из тех же продуктов получалось гораздо вкуснее. Моя жена Тамара прекрасно варила, да я и сам умею неплохо готовить не только яичницу... Иногда я задумывался - неужели все повара общественного питания разучились готовить? Или же это из-за обычного воровства? Все знали что в столовых воруют, но чтобы настолько?..

Все годы в магазинах не хватало продуктов. Все нужно было доставать. В Минске еще было неплохо, но стоило отъехать от города на 30-50 километров, прилавки были пустые. Так было и в конце пятидесятых, когда я только начинал работать, так было и в начале девяностых, когда мы уезжали из страны. Как-то люди обходились - у одних были связи с деревней, другие получали какие-то заказы, все крутились и были при деле...

Начиная с 45 года почти каждый год переиздавалась еще довоенная "Книга о вкусной и здоровой пище". Эта книга мгновенно раскупалась. Что там были за иллюстрации! Богато сервированные столы, необычные блюда, вина, сладости, о которых в те послевоенные годы и не слышали! Каждая уважающая себя хозяйка, если такая книга попадалась на глаза, считала нужным ее приобрести. И у нас была такая книга с 1947 года.
Готовить по тем рецептам было нельзя из-за отсутствия упоминаемых там продуктов, но хотя бы можно было вспомнить об их существовании по красивым картинкам...

Страна лежала в развалинах, в 46 году была страшная засуха, только в конце 47 года отменили продовольственные карточки, а люди в городе раскупали поваренные книги...

Но вот странность. В семидесятых-восьмидесятых годах, когда с продуктами тоже было достаточно сложно, стоило придти к кому-нибудь в гости - на стол выставлялись неизвестно где добытые дефицитные продукты и редкие блюда из той же самой книги... И мы с женой поступали так же.
Это одна из неразрешимых загадок того времени...

Но вернемся к больничной пище.
Наша история с раздатчицей не закончилась.
Неугомонная инициативная группа больных увидела Соню на прежнем месте и собрала подписи под письмом сразу в несколько адресов : Облздравотдел, Министерство здравоохранения и ЦК КП Белоруссии.
Больные жаловались,что они болеют туберкулезом, долго лежат в больнице, персонал ворует, администрация мер не принимает.
И хотя у работников ЦК и здравотдела в конце восьмидесятых хватало своих проблем - они были заняты банальным выживанием - решили без особого шума послать небольшую комиссию проверить "телегу".
Дату налета легкой кавалерии решили держать в секрете. Но за пять дней до посещения зам.зав облздравотдела вызвал нашего главврача и по еще большему секрету сообщил день и час проверки...

Гпавврач, не лишенный юмора, собрал раздатчиц, санитарок, шеф-повара и других заинтересованных лиц и обратился к ним с прочувствованной речью:

Дорогие товарищи! Я пригласил вас, чтобы сообщть пренеприятное известие - к нам едет ревизор... простите, комиссия.
Прошу всех вас хотя бы в этот день не тянуть продукты домой.
Шеф-повару оставить свою дурацкую привычку на вопрос об обеде отвечать : "Все кипит и все сырое", а приготовить настоящий хороший обед. Раздатчицам надеть чистые халаты и колпаки, вымыть полы в кухне и раздатках и не трясти волосами над котлами с супом.
Сестры-хозяйки, выдайте больным новые пижамы и перестелите койки чистым бельем. Да погоняйте тараканов в тумбочках у больных. А то в нашем богоугодном заведении есть все, кроме унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла...
Задача понятна? Идите работайте.
Не обремененные литературными познаниями, санитарки и раздатчицы недоуменно переглядывались - при чем тут унтер-офицерская вдова...

В назначенный день к обеду приехали две молодые женщины, представились главврачу и прошли на кухню. Попробовали обед и взяли образец каждого блюда в специальные банки.
На этот раз обед был на славу. Больные с непривычки изумлялись - до чего вкусно! Но, как говорят - не долго музыка играла... На следующий день подали обычную бурду.
Жалобщики возмутились и направили еще одно письмо в инстанции. На сей раз комиссия пришла утром и наблюдала за всем процессом приготовления, но опять главврач и все остальные были предупреждены заранее и обед был выше всякой критики, что и было зафиксировано в официальном акте. Все - и ревизоры, и ревизуемые знали истинное положение вещей, знали, что продукты воруют и что все приготовились к приходу проверяющих.

Впрочем,знающие люди говорили, что результаты любой проверки, как положительные, так и отрицательные в промышленности, сельском хозяйстве и даже в армии были предопределены партийными органами. А отклонения от линии партии не допускались.
Если в обкоме горкоме или райкоме Великой Партии "имелось мнение", что ревизуемого начальника нужно снять - результаты проверки были отрицательными, если же оставить на месте или выдвинуть на повышение - положительными, третьего не дано...

В нашей больнице игра в кошки-мышки закончилась тем, что смутьянам-больным срочно выдали путевки в санаторий и они уехали долечиваться.
Там были другие раздатчицы, они тоже хотели кушать и тоже их некому было заменить и увольнения они не боялись...

Несколько слов о больничном питании в Израиле.
За последний год мне четыре раза пришлось лечиться в разных больницах. Недолго, по 3-4 дня, один раз - неделю.
В Израиле долго в больницах не держат, койко-день стоит дорого,а платят за все больничныяе кассы куда ,в свою очередь, вносит взносы все население ...
Могу подтвердить, что пища по вкусу и качеству достаточна, чтобы не получать передачи из дома.
Вся пища доставляется в готовом виде в раздатки отделений. Общий принцип - разрыв между мясными и молочными блюдами не меньше 6 часов. Никаких котлет или тефтелей наполовину из хлеба - только кусок мяса или рыбы на выбор, несколько сортов гарнира, много вареных овощей, свежие салаты. Завтрак - разные каши, яйца или омлет, запечатанные баночки с творогом, йогуртом, вареньем, медом, чай или кофе.Примерно такой же и ужин.
Всем всего хватает - и больным и персоналу за символическую плату, которую вычитают из зарплаты. Нет смысла уносить домой, если заметят - выгонят, а безработные дышат в спину...

Не дам гарантий, что кто-то не ворует по мелочам - есть разные люди и далеко не все в Израиле белое и пушистое.
Если воруют в Израиле - то чаще по-крупному. Но если узнают газеты - вцепятся так, что мало не покажется...
Бывший министр финансов проворовался - сидит в тюрьме, бывший премьер - под следствием, бывший президент - под судом, но этот за якобы сексуальные домогательства..
Кстати,действующему президенту такое обвинение в любом случае не угрожает - ему больше 85 лет...

Чуть-чуть о питании в Армии Израиля.
Мой младший внук третий год служит в Армии, в боевых частях, старший уже отслужил.
Как любого еврейского дедушку меня интересовало, не обижают ли их в Армии, хорошо ли они питаются, нет ли "дедовщины"...

Дети рассказали, что по приходе в Армию солдат прежде всего учат стрелять. Патронов не экономят.
Первый отпуск домой - только, когда научатся стрелять на приличном уровне, отпускают на побывку с автоматом и боевыми патронами. Этот автомат мальчики и девочки носят на улицах, в кафе, на свиданиях, часто парочки целуются в сквериках, не снимая оружия.

Когда почти 20 лет тому назад я только приехал в Израиль и впервые увидел всюду вооруженных юных девочек и мальчиков ("израильская военщина"), я старался пройти быстрее мимо - вот,сейчас напьются водки, возьмут автоматы и всех перестреляют.
Но, как можно видеть, этого не случилось...

Зато когда однажды вечером в нашем городе, на набережной, арабские террористы взорвали переполненное кафе, молодые солдаты, бывшие в увольнении, услышали взрыв, увидели убегавших бандитов и перестреляли их, заодно ранили пару мирных посетителей. Но им за это ничего не было...

Последние несколько лет внутри страны стало спокойнее, меньше терактов, с оружием гуляют реже.

На базе в расположении части солдаты живут в комнатах по пять человек, спят на двухэтажных кроватях. Никакой дедовщины. Если кто-то пожалуется - проведут расследование, виновных отдадут под суд, будут военная тюрьма и запись в личном деле, а потом трудности с работой или учебой...

Призванные раньше, несут больше боевых дежурств и патрулирования, у молодых больше работы внутри части и уборки. Никаких офицерских столовых, все питаются из общего котла и носят одинаковую форму, только погоны разные.

Питание 3 раза в день, в промежутках - в комнатах на блюде свежие фрукты -яблоки, бананы или другие по сезону, овощные салаты без ограничений. Принцип питания - такой же, как в больницах. Повсеместно придерживаются кашрута.
Если кто-то после ужина проголодался - попросит дежурного открыть раздатку, там в холодильнике возьмет баночки, нальет чай или кофе ...
На учениях в поле - никаких полевых кухонь. Есть готовые наборы продуктов, упаковки вторых блюд как в самолетах. Командиры следят, чтобы солдаты пили достаточно воды по команде и хорошо питались.
Пища здоровая и вкусная.

В Израиле любят свою Армию без лишних слов о патриотизме...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 118 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →